ФЭНДОМ


Ivan VI of Russia with cat

Венценосный младенец Иоанн Антонович с котёнком.

Брауншвейгское семейство (Брауншвейг-Мекленбург-Романовы) — традиционное название семейства Антона Ульриха Брауншвейгского и Анны Леопольдовны после свержения их сына Иоанна Антоновича с Российского престола в ходе дворцового переворота 25 ноября 1741 года. Принадлежало к Вольфенбюттельской ветви брауншвейгского рода Вельфов, одного из знатнейших и древнейших в Европе.

Содержались в Холмогорах. По настоянию русского правительства из пятерых детей Антона и Анны ни один не вступил в брак и не оставил потомства.

Члены Править

  • Антон Ульрих Брауншвейгский (28 августа 1714 года — 15 мая 1774 года)
  • Анна Леопольдовна (7 декабря 1718 года — 19 марта 1746 года)
    • Иоанн VI Антонович (12 августа 1740 года — 5 июля 1764 года)
    • Екатерина Антоновна (15 июля 1741 года — 9 апреля 1807 года)
    • Елизавета Антоновна (декабрь 1743 года — 20 октября 1782 года).
    • Пётр Антонович (19 марта 1745 года — 20 января 1798 года).
    • Алексей Антонович (7 марта 1746 года — 22 октября 1787 года).

При Иоанне VI Править

После смерти императрицы Анны Иоанновны, сын Анны Леопольдовны (племянницы Анны Иоанновны) и принца Антона Ульриха Брауншвейг-Беверн-Люнебургского, двухмесячный Иоанн Антонович был провозглашён императором при регентстве герцога Курляндского Бирона.

Родился он в самом конце царствования Анны Иоанновны, поэтому вопрос о том, кого назначить регентом, долго мучил и находившуюся при смерти императрицу. Анна Иоанновна хотела оставить трон за потомками своего отца Иоанна V и очень беспокоилась, как бы он не перешёл в будущем к потомкам Петра I. Поэтому в завещании она оговорила, что наследником является Иоанн Антонович, а в случае его смерти — другие дети Анны Леопольдовны в порядке старшинства, если они родятся. Через две недели после воцарения младенца в стране произошёл переворот, в результате которого гвардейцы, возглавляемые фельдмаршалом Минихом, арестовали Бирона и отстранили его от власти. Новым регентом была объявлена Анна Леопольдовна, мать императора. Неспособная управлять страной и живущая в иллюзиях Анна постепенно передала всю свою власть Миниху, а после ею завладел Остерман, отправивший фельдмаршала в отставку. Но спустя год произошёл новый переворот. Дочь Петра I, Елизавета с преображенцами арестовала Остермана, императора, его родителей и всех их приближённых.

Первые годы ссылки Править

В первые дни после захвата власти Елизаветой Петровной её сторонники не знали, что делать с «брауншвейгцами». Поначалу их хотели выслать обратно в Европу (эта версия была публичной и объявлена народу в манифесте Елизаветы, объяснявшем её права на престол), для чего 12 декабря всё семейство было препровождено в Рижский замок. Там, однако, они были задержаны в течение целого года. Во всех злоключениях за своими бывшими покровителями следовали фрейлина Юлиана Менгден и полковник Геймбург, адъютант принца Брауншвейгского. Всё это время при петербургском дворе пытались определить их дальнейшую судьбу. Влиятельный маркиз де Шетарди настаивал на ссылке в самые глухие места России. Чашу весов в сторону этого мнения склонил заговор камер-лакея Турчанинова, который замышлял устранить Елизавету Петровну и освободить Иоанна Антоновича из темницы.

В декабре 1742 года Анна Леопольдовна с родными была переведена в крепость Дюнамюнде, где у неё родилась дочь Елизавета. В январе 1744 года всё семейство перевезли в Рязанскую губернию для заключения в Раненбургской крепости. Однако уже в июле барон Корф привёз в Раненбург указание везти брауншвейгское семейство в Архангельск для последующей переправы в Соловецкий монастырь. При этом Геймбургу и Менгден было запрещено следовать за ними.

В Холмогорах Править

Kolmogory

С левой стороны от Холмогорского собора виден дом брауншвейгского семейства.

Несмотря на болезнь и осеннюю распутицу, бывшая правительница была отправлена на север. Из-за льдов о переправе на Соловки

нечего было и думать. Брауншвейгское семейство поселили под крепким караулом в архиерейском доме при Холмогорском соборе, который был обнесён высоким тыном. Это здание сохранилось до наших дней. Бывшего императора изолировали от родителей. Единственные их развлечения в это время — прогулки по саду и на карете в пределах 200 сажен от дома.

Во время заключения в Холмогорах у Анны Леопольдовны родились сыновья Петр19 марта 1745 года и Алексей27 февраля 1746 года. Сведения о рождении новых принцев не разглашались. После рождения Алексея она заболела родильной горячкой и умерла на 28 году жизни. Комендант Холмогорской тюрьмы майор Гурьев, следуя инструкции, отправил тело бывшей правительницы в столицу, где оно с почестями было погребено в Александро-Невской лавре.

Заключение брауншвейгских принцев в Холмогорах было полно лишений; нередко они нуждались в самом необходимом. Для наблюдения за ними был определен штаб-офицер с командой; прислуживали им несколько мужчин и женщин из простого звания. Всякое сообщение с посторонними было им строго воспрещено; один лишь архангельский губернатор имел повеление навещать их по временам, чтобы осведомляться об их состоянии. Воспитанные вместе с простолюдинами, дети Антона Ульриха не знали другого языка, кроме русского. На содержание Брауншвейгской фамилии, на жалованье приставленным к ним людям, также на ремонт дома, который они занимали, не было назначено определённой суммы; но отпускалось из архангельского казначейства от 10 до 15 тысяч рублей ежегодно.

При Екатерине II Править

Silhouettes of the Russian Royals2
В 1756 году Иоанн Антонович был тайно перевезен в Шлиссельбургскую крепость. Настоящее имя «безымянного колодника» было скрыто даже от коменданта крепости. Охраной узника занималась непосредственно Тайная канцелярия. После упразднения этого ведомства содержание бывшего императора было поручено курировать Н. И. Панину. И Пётр III, и Екатерина II приезжали в крепость посмотреть на «соперника». После каждого визита его изоляция от окружающего мира только усиливалась. В 1764 году при попытке освободить Иоанна Антоновича, предпринятой подпоручиком Василием Мировичем, таинственный узник был убит. Его тело захоронили в неустановленном месте. Ряд историков считает, что попытка освобождения была подстроена с целью устранить наиболее опасного конкурента Екатерины II. Через 10 лет в Холмогорах умер генералиссимус Антон Ульрих, к тому времени окончательно ослепший. Екатерина предлагала ему вернуться на родину, оставив детей в России; но он неволю с детьми предпочёл одинокой свободе.

В Дании Править

Наконец, 18 марта 1780 года Екатерина II завязала переписку с Датской королевой Юлианой Марией, сестрой покойного Антона Ульриха, относительно возможности переезда её племянников из России в Данию. Императрица желала поселить опасное для неё семейство в самом глухом месте принадлежавшей датчанам Норвегии. Датские корреспонденты однако убедили её, что в Норвегии нет такого обитаемого места,
Kholmogori (drawing by Catherine of Brunswick)

Холмогоры. Рисунок Екатерины Брауншвейгской.

которое не имело бы порта и не было бы при море. Поэтому было решено перевезти детей Антона Ульриха внутрь Ютландии, в уезд, равно удалённый и от моря, и от больших дорог. Небольшой город Горсенс избран был для их пребывания, и король Датский купил там для родственников два дома. Во избежание появления конкурирующей династической линии предполагалось запретить узникам вступать в брак. Приготовления к переезду велись тайно через канцелярию статс-секретаря Безбородко. Губернатор А. П. Мельгунов посетил брауншвейгцев в Холмогорах; из его описания известна их внешность. В ночь на 27 июня 1780 года они были перевезены в Новодвинскую крепость, а в ночь 30 июля на фрегате «Полярная звезда» принцы и принцессы отплыли от берегов России, щедро снабженные одеждой, посудой и прочими необходимыми вещами. Для содержания их в Горсенсе Екатерина II назначила каждому из них пожизненную пенсию в 8000 рублей. Эта сумма выдавалась от русского двора полностью по 1807 год, то есть до кончины последней представительницы этого семейства.

В августе 1803 года Екатерина Антоновна прислала Александру I письмо, написанное собственноручно на плохом, безграмотном русском языке. Она умоляла забрать её в Россию, домой. Она жаловалась, что датские слуги, пользуясь её болезнями и незнанием, грабят её. «Я плачу каждый день, — заканчивала письмо Екатерина, — и не знаю, за что меня послал сюда Бог и почему я так долго живу на свете. Я каждый день вспоминаю Холмогоры, потому что там для меня был рай, а здесь — ад». Ответа на письмо не последовало.